Илья Дюринский: Каждый год поисковики находят в Ленобласти более 2 тысяч неизвестных солдат

vk.com/po_sz
18 февраля 2019, 16:41

Поисковые отряды и объединения России на протяжении десятилетий занимаются перезахоронением погибших в Великой Отечественной войне солдат. Они находят останки героев, определяют их личность, связываются с их родственниками и устанавливают мемориалы. Но последствия сражений за Ленинград остаются до сих пор. Ежегодно поисковики обнаруживают в Ленобласти порядка 2 – 2,5 тысяч неизвестных солдат, рассказал в интервью Городу+ руководитель объединения «Северо-Запад» Илья Дюринский.

«В СССР поисковое движение отчасти шло вразрез с идеологией: мол, у нас нет никого незахороненного, ничего неучтенного. Но сегодня мы не боимся сказать, что эта война была по-настоящему страшной для обеих сторон. Спустя столько лет, не только не захоронены  все солдаты, но и, боюсь, не будут захоронены в ближайшее время. Возможно, найти всех мы и не сможем, но точно увековечим и не бросим попытки», – обещает поисковик.

По словам специалиста, поисковое движение в Советском Союзе и России существовало всегда – с самого окончания войны. В первые годы оно было массовым: люди искали своих родных, пионерские и комсомольские организации посылали в леса целые отряды. Но затем интерес к этой деятельности не только поубавился, но и стал считаться в какой-то мере постыдным. Было принято считать, что большинство солдат уже найдено, а ненайденных записали в ряды пропавших без вести. Зато появились нечистые на руку дельцы, пытающиеся нажиться на военных трофеях.

Уже в 90-е годы движение ожило. В 1993 году Илья Дюринский с товарищами основали в Петербурге Поисковое объединение «Северо-Запад». Сегодня оно включает в себя 22 отряда и порядка 220 человек. Поиски напоминают работу настоящих археологов. Активисты изучают архивы и определяют, в каких районах области шли сражения. Затем отряд выезжает на места и начинает раскопки. «Когда мы находим останки, они раскладываются на специальном разлинованном поисковом баннере. Мы заполняем бумаги: где, что, когда и при каких обстоятельствах найдено. Вся максимально возможная информация включается в записи. Если есть документы или знаки отличия, позволяющие сразу определить личность, то начинаем искать родственников», – рассказывает руководитель.

С появлением интернета поиск семей погибших упростился в разы. Раньше нужно было подавать запросы в архивы, военкоматы и жилконторы, отправлять письма практически в неизвестность, которые не всегда доходили до адресатов. Сейчас рекорд поиска потомков солдата – 20 минут. Прямо на месте раскопок поисковики могут с телефона ввести в соцсетях фамилию и написать возможным кандидатам. Иногда родственники отвечают сразу же и, счастливые, сами с почестями хоронят тело найденного, наконец, прадеда.

Но, к сожалению, поисковые операции не всегда дают такие результаты. Почти 90% солдат опознать не получается. Дело в том, что в 1943 году металлические медальоны с фамилией и данными бойца заменили картонными удостоверениями, которые, конечно же, не сохранились. В случае нахождения рядом с телом других личных вещей, надежда на опознание еще есть, но чаще погибший так и остается Неизвестным солдатом. В таком случае его торжественно хоронят в одном из мемориалов Ленобласти: например, на Невском пятачке, в Синявино или у станции Новая Малукса. Чтобы почтить память таких безымянных, некоторые группы поисковиков наносят на плиты полные списки погибших и пропавших в их краю солдат.

vk.com/po_sz

«В 2018 году конкретно наше объединение нашло 114 человек. Зачем мы это делаем? Каждый определяет для себя сам. Многие пришли к этому, кода еще в школьные годы начали обнаруживать в лесу артефакты. Но сейчас нас увлекает уже сам процесс поиска солдата, возможность помочь его семье и отдать ему дань памяти. Мы живем, можно сказать, прямо там, где была война. Это позволяет нам вести поиски почти круглый год», – делится Илья Дюринский.

Лучшее время для поисковиков – это весна: на улице уже относительно тепло, но трава еще не застилает землю. Однако работа ведется и летом, и осенью, и даже зимой. Для отдельных энтузиастов поиски не прекращаются никогда, ведь существуют участки, до которых не добраться в теплое время года – например, болота. В этом году отряд объединения «Северо-Запад» выехал на поисковые работы уже утром 2 января.

Пока работа поисковиков не системна. Каждое объединение руководствуется своими документами, архивами и сведениями, которые зачастую копируют друг друга. В итоге получается, что один участок обследовался уже трижды, а до другого не дошли руки еще ни у кого. Но сами активисты уверены, что их работу невозможно делать механически, ведь она требует души и энтузиазма. Раскопать каждый квадратный метр на всю глубину, как многие советуют, не получится. Единственные верные инструменты поисковиков – это желание и удача.

«Окопы, воронки, блиндажи могут содержать останки многих человек, найти их всех в ближайшие годы нереально. Приезжает один отряд, находит солдатика, потом другой, третий – и тоже находят там же. Когда этот процесс завершится, сказать сложно. Никто ведь не знает точное число бойцов на каждом участке», – комментирует специалист.

Однако некоторая организованность в рядах поисковиков все-таки появилась. В 2013 году было создано федеральное Поисковое движение России. Оно объединило более 40 тысяч человек в 82 регионах. Среди них и постоянные участники раскопок, и сезонные выездные отряды из «небоевых» регионов. Они ищут солдат Великой Отечественной, Русско-финской и других воин, а также обследуют места крушений самолетов.

«Если вы случайно нашли в лесу останки (а такое бывает, и достаточно часто), нужно связаться через соцсети с поисковым отрядом или обратиться в администрацию района или полицию. Чтобы присоединиться к нашим поискам, просто найдите в соцсетях группу «Северо-Запада» или другого ближайшего к вам отряда, общества. Звоните, пишите, вам всегда найдется работа. Ведь поисковик – это звено, связующее пласты истории», – подвел итог беседе руководитель поискового объединения «Северо-Запад» Илья Дюринский.

Автор статьи
Город +