Главная Город в лицах

Город в лицах

вернуться к списку

17 октябрь 2018

Петербург может стать новой столицей фэшн-индустрии

Генеральный директор и директор по маркетингу Информационно-делового центра Санкт-Петербурга в Италии Ярослав Мешавкин и Наталья Белякова рассказали в студии Города+, какие отечественные продукты популярны в Европе, как санкции против России сказались на итальянском рынке, почему Культурная столица должна стать столицей моды и как молодым петербургским дизайнерам попасть в бутики Милана.


Новый выпуск программы «Главный+» смотрите на нашем сайте или Youtube-канале

- Ярослав, в сентябре в Милане открылся Информационно-деловой центр Санкт-Петербурга в Италии. Что это, для чего, каковы ожидания и первые результаты?

Я.: - Лучше начать с общей информации. Где есть эти центры? Сейчас их очень мало: есть в Китае, есть в Гамбурге в Германии, и вот теперь открылся третий в Италии. Положение для этих центров предлагает комитет по внешним связям – каждый центр имеет какую-то свою тему, которую впоследствии развивает. Китай – свою, Германия – свою, а перед нами в большей степени ставится задача развивать фэшн-индустрию, арт-индустрию, туризм и все, что с этим связано.

- Развивать нашу индустрию, используя итальянский опыт?

Я.: - Да. Или наши продукты, используя итальянский рынок, и так далее. Прежде всего, речь идет о фэшн-индустрии, потому что Петербург поставил перед собой задачу через какое-то количество лет стать центром моды в России. В этом смысле итальянский рынок и итальянский опыт могут быть очень полезны, потому что они этот путь уже прошли. Они после войны поставили себе задачу стать центром индустрии моды. У них было достаточно много десятилетий, для того чтобы этот путь проделать, и теперь самые большие контракты по фэшн подписываются в Милане во время fashionweek в. И мы можем либо взять всю схему и ее повторить, либо как-то ее модернизировать. Можем представить своих дизайнеров там, можем научить своих дизайнеров, как шить, как делать мерчендайзинг, как делать продакшн. Наши делают это, но на том уровне, на котором сейчас существует фэшн-индустрия в России, порой этого недостаточно. Если говорить просто, вы представляете какое-то видео, фотографии своей продукции, а они не устраивают мировые фэшн-журналы или бутики, которые будут представлять вашу продукцию. То же самое с выставлением продукции на витрины. Это какие-то такие мелочи погружения внутрь, но это очень важные детали.

- А в чем заключается работа центра для решения этой задачи?

Я.: - У нас есть целый отдел фэшн, который работает в стране не так давно, года полтора. Мы делаем несколько мероприятий. Во время Недели моды в Милане, еще одно мероприятие делаем в Монте-Карло и одно – в Риме. И в Риме как раз тот формат, для которого, мне кажется, более всего и удачнее всего подходят петербургские дизайнеры. Это мероприятие называется Whoisonthenext. То есть мы не соревнуемся с ними. Мы показываем, кто следующий, кто может быть в будущем за теми именами, которые есть сейчас.

- Наталья, ваша задача как директора по маркетингу – рассказать итальянцам, что такой центр есть и с ним имеет смысл сотрудничать. Получается?

Н.: - Совершенно верно. Вообще итальянский рынок, будем честны, сейчас весьма открыт и заинтересован в российском рынке. Это одно из последствий санкций, в которые Италия включалась очень неохотно. Сейчас наконец-то экономическая история стала гораздо сильнее влиять даже на политику. И политики уже не стесняются в риторике, когда говорят о том, что санкции – это абсурд. Итальянские экономисты уже посчитали, что во время санкционного периода экономика Италии теряет 1 млн евро ежедневно.

- Италия – это очень политизированная страна. Там все обсуждают политику.

Н.: - Абсолютно. Ключевые рынки, на которых эта страна работает, – это рынок люкса, рынок фэшн, и, конечно, рынок агропроизводства. На них Россия всегда воспринималась как интересный рынок сбыта. Но, говоря о задачах центра, мы говорим прежде всего о задачах России. И мы будем решать именно задачи российских, петербургских производителей. Очень важный момент: то самое некомплементарное состояние отечественной валюты, ее соотношение с евро дает нам возможность не демпинговать на рынке, а предлагать более интересные цены на наши уникальные продукты. Потому что есть очень сильные продукты, например, мультимедийные. То, что делает креативное пространство «Люмьер Холл», – Планетарий №1. Это уникальные технологии, в которых заинтересована динамично развивающаяся, постоянно меняющаяся музейная индустрия Италии. И они открыты для того, чтобы эти продукты пришли на рынок. Они смотрят на Россию, на Китай. Они смотрят по цене, по уникальности этого продукта. У нас было деловое открытие, потому что некогда было красиво стоять с бокалом, нужно было сразу начинать работать.

Я.: - Да, у нас был такой формат. Мы привезли нескольких бизнесменов, и с итальянской стороны тоже подтянули соответствующих, и люди сразу объединились. Вот у нас был «Люмьер Холл», владелец и директор Планетания № 1 Евгений Гудов. Он делает сейчас выставку Бэнкси в Санкт-Петербурге. Он один из учредителей этой выставки, отвечает там за видеочасть. А в Милане есть пространство MUDEC, которое 20 ноября тоже начинает выставку Бэнкси, но с другим контентом. И мы их соединили, чтобы они поработали вместе, итальянцы купили у Евгения его контент для той выставки. В общем, мы стараемся работать вот так точечно, чтобы сразу свести заинтересованных друг в друге людей.

Н.: - Они друг о друге даже не знали, хотя делали одни и те же выставки, посвященные Бэнкси.

- Итальянцы считают, что Италия – это в первую очередь еда, а потом уже все остальное.  И у них есть такое понятие «память земли»: итальянская еда хороша только в Италии, в другом месте ее воспроизведение невозможно. А относительно итальянского фэнша можно говорить о чем-то схожем?

Я.: - Вопрос интересный. Что касается еды – это правда. Я пытался воспроизводить ее здесь – не то. Мне кажется, все просто зависит от ингредиентов. Фэшн – это технологии и дизайнерское искусство. Воспроизвести это так, как в Италии, наверное, невозможно. Но можно сделать, мне кажется, даже лучше – что-то свое, с русским привкусом. И у многих русских дизайнеров это получалось. Просто не хватало технологий и денег, чтобы это развернуть хотя бы в России. Развернуть как бизнес.

- Вот человек шьет брюки не хуже, чем Армани. Что ему нужно, чтобы развернуться?

Я.: - Во-первых, в России, секрета в этом нет, нет соответствующих мощностей. То есть, если вы, например, откроете какой-то большой бизнес, вы пойдете шить в Узбекистан, Китай, Бангладеш и так далее. В России вы не сможете шить, потому что это дорого, это не организованно, вы не получите в срок и прочее. А бутики смотрят на то, чтобы вы имели возможность отшить вещь, что называется, прет-а-порте. Им важна система, база.

Н.: - Им важна цепочка, производственный цикл. Регулярность, возобновляемость этого производственного цикла. И, конечно, конкуренция по цене. Очень важно не просто креативить со страшной силой, а креативить регулярно, от коллекции к коллекции. Вот один пример: Луи Витон. Если его коллекция поступает в бутики на пять дней позже, он платит за каждый день просрочки огромные санкции, хотя казалось бы – Луи Витон. У них свои собственные сети и так далее. Нет, это очень жесткая система, завязанная на взаимных обязательствах. Основные претензии к российским дизайнерам в плане технологий, а не в плане креатива. Здесь нам помогает раз в 15 лет возвращающаяся мировая мода на Россию, на некий русский стиль в современной его интерпретации. Не лубок, а действительно новое прочтение. И в этом плане Милан, я бы сказала, международный лидер. Только итальянское видение, только Дольче и Габбана, это как раз точка входа в мир моды для нас.

- Дольче и Габбана – южане, в Милане их не любят.

Н.: - Да. Вы наш человек, Николай. Вы спрашивали о задачах центра. Задача центра, во-первых, упаковать тот продукт, который у нас уже имеется, дать доступ к байерам, попасть на те закрытые показы, на которых появляются лица, принимающие решения. И это даже не всегда модная выставка. Это может быть какая-то закрытая встреча перед основными событиями Недели высокой моды, на которой появляются журналисты и байеры ключевых брендов.

Я.: - То, что мы делали сейчас в Милане перед Неделей моды, это был как раз фэшн-завтрак. Мы пригласили людей из модных журналов, байеров, владельцев мультибрендовых бутиков и сделали показ русского дизайнера. И это работает, потому что о человеке пишут и, соответственно, им начинают интересоваться и его берут в мультибрендовый бутик. Купят или не купят – это вопрос второй. По крайней мере, мы его можем доставить туда.

- Есть какие-то цели и задачи, которые вы перед собой ставите?

Н.: - Мы мыслим, прежде всего, продуктами, то есть конкретными реализованными проектами. С мая мы живем под флагом развития несырьевого экспорта. Чем больше таких проектов, которые будут связаны с продажей наших петербургских компетенций на итальянский рынок, тем для нас лучше. Вот это – показатель нашей эффективности.

- Допустим, человек шьет кепки и хочет быть звездой в Милане, как ему начать с вами сотрудничать?

Я.: - Просто позвонить или зайти на сайт. Мы его включим в какой-то свой оборот.

- То есть уже есть механизм работы с предпринимателями?

Я.: - Есть. Мы уже возили в Италию нескольких дизайнеров из Петербурга и Москвы, и они входили в эти мультибрендовые бутики. Эта работа ведется не так долго, я уже говорил, полтора года, но эта схема уже налажена. Это, конечно, очень узкий сегмент, если брать весь рынок фэшн, но, по крайней мере, это есть и это уже работает.

Н.: - Мы говорим не только про фэшн. Мы берем разные бизнесы, которые конкурентны в Италии, которые можно продать на итальянский рынок. Несырьевой экспорт. Как я уже сказала, мультимедиа-технологии. Еще одно направление, к развитию которого мы подключаемся, – это медицинский туризм. Он очень важен для города. Это не просто туристический поток, а предметный целевой поток, который оставляет на территории города деньги, и этим он интересен.

- Итальянцы будут ездить лечиться в Петербург?

Н.: - Итальянцы ездят лечиться в Хорватию. Почему в Хорватию? Они должны лечиться в Петербурге, тем более у нас уникальная медицина по определенным направлениям. Органами исполнительной власти проведена огромная работа по выделению этих кластеров, перспективных для продажи, для представления за рубежом медицинских услуг, в которых мы если не являемся монополистами, то представляем какие-то уникальные продукты. Есть разработки по возвращению детишкам слуха, тоже абсолютно уникальные. Эти технологии позволяют представлять Петербург как место для лечения. Ну, и у нас, конечно, атмосфера лечит.

Я.: - Рынок существует тридцать лет, но такое ощущение, что в тренд это превращается прямо на наших глазах. Потому что этим начали заинтересовываться выставочники, начали устраивать мероприятия, чтобы показать весь спектр стран, городов, которые приглашают к себе медицинских туристов. На рынке Италии у нас серьезный конкурент – это Хорватия.

- Есть ощущение, что России удается удивить Италию?

Н: - К России там всегда невероятно теплое отношение. Так исторически сложилось, еще когда был красный пояс, еще со времен коммунистической Италии. Это правда, это совершенно уникальное родство стран на культурном уровне. В Петербурге это вообще ярко проявляется. Итальянцы, особенно северяне, считают нужным хоть раз в жизни приехать в Петербург, это даже не обсуждается. Нужно ехать, не нужно – я должен там быть, потому что, черт возьми, исторический центр на 90% построен нашими соотечественниками. И бизнес-интересы очень сильны. Просто сейчас мы говорим о том, чтобы в дополнение к существующему мощному сотрудничеству в сырьевой сфере систематизировать несырьевой экспорт. Вот это задача, которая важна для Петербурга.

Я.: - Мне кажется, в сфере культуры, в сфере арт-технологий мы их точно удивляем. Фэшн – нет, нам надо учиться у них. Медицинский туризм – надеюсь, да, но мы только разворачиваем его.

Новый выпуск программы «Главный+» смотрите на нашем сайте или Youtube-канале

Текст и фото: Город+. 

Теги: Беседа

Комментарии

Нет комментариев

Для того чтобы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться.

наверх